Экспресс-бюллетень прокуратуры Красноярского края о судебной практике рассмотрения уголовных дел за май 2017 г.

16.06.2017 17:47:25

ПРОКУРАТУРА КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ

               

УГОЛОВНО-СУДЕБНОЕ УПРАВЛЕНИЕ

 

 

ЭКСПРЕСС-БЮЛЛЕТЕНЬ

май

 

г. Красноярск

2017  год

 

О Б О Б Щ Е Н И Е

судебной практики по уголовным делам о преступлениях, связанных с производством и реализацией спиртных напитков, не отвечающих

требованиям безопасности, их контрафактных экземпляров

 

В рамках исполнения п.1 Постановления координационного совещания руководителей правоохранительных органов края от 17.03.2016 № 1 и                        п.12 плана работы уголовно-судебного управления проведен анализ рассмотрения судами края уголовных дел, связанных с оборотом алкогольной продукции, производством и реализацией спиртных напитков, не отвечающих требованиям безопасности, их контрафактных экземпляров, в том числе без маркировки, предусмотренной законодательством Российской Федерации, с использованием поддельных федеральных специальных марок.

Проведенное обобщение показало, что судами края в 2016 году по обобщаемой категории рассмотрено 20 (53) уголовных дел в отношении 25 (54) лиц, что составило всего 0,08% (0,2%) от общего количества дел, рассмотренных судами первой инстанции в анализируемый период.

Из указанного количества уголовных дел по ст.171.1 УК РФ судами рассмотрено 5 (2) дел, по ст.234 УК РФ – 7 (6) дел, по ст.238 УК РФ - 8 (43) дел. По ст.327.1 УК РФ уголовные дела в анализируемый период не рассматривались (2).

В порядке ст.237 УПК РФ прокурору в 2016 году возвращено 1 (2) дело в отношении 1 (3) лица, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст.171.1 УК РФ.

Постановлением Норильского городского суда от 03.11.2016 прокурору возвращено уголовное дело в отношении Ц., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст.171.1 УК РФ.

Как следует из судебного решения, постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого и обвинительное заключение были составлены с нарушениями, устранить которые в судебном заседании не представилось возможным. А именно, в данных процессуальных документах указывалось, что общая стоимость алкогольной продукции, подлежащей обязательной маркировке акцизными марками и федеральными специальными марками, которую Ц. приобрел, хранил, перевозил в целях сбыта и продал, составляла 390 410,92 руб. Данная стоимость определялась путем сложения стоимости алкогольной продукции, оклеенной этикетками «Водка «Березовая роща на березовом соке», «Водка «Березовая роща с березовым соком», «Водка «Застолье», «Водка «Дроздовка» общей стоимостью 315 240 руб., изъятой в ходе осмотра помещения магазина и 44 бутылок, оклеенных этикетками «Whisky «Jack Daniels» №7», общей стоимостью 75 170,92 руб., изъятых в ходе осмотра гаража. При этом, в постановлении о привлечении Ц. в качестве   обвиняемого  и  в  обвинительном     заключении,    вопреки   изложенным   выше выводам, о том, что вся алкогольная продукция, стоимость которой составляла 390 410,92 руб., была приобретена, хранилась, перевозилась в целях сбыта и была продана, содержались сведения о том, что Ц., реализуя умысел, направленный на перевозку в целях сбыта и продажу алкогольной продукции 29.12.2015 перевез из помещения гаража к магазину «5 Ш.» 100 бутылок, оклеенных этикетками «Водка «Березовая роща на березовом соке», где продал их директору ООО «Л.» Б., без указания стоимости указанных 100 бутылок водки.

Помимо этого, из описания деяния по приобретению всей вышеуказанной алкогольной продукции следовало, что она приобретена в неустановленное время у неустановленного лица и при неустановленных обстоятельствах, но не позднее 29.12.2015, то есть, не указано событие преступления, а именно время, место и способ его совершения.

Таким образом, по мнению суда, описание вменяемого Ц. деяния содержало противоречивые выводы о количестве и стоимости перевезенной и проданной алкогольной продукции, а также сведения об обстоятельствах ее приобретения, что создавало неопределенность в сформулированном органом следствия обвинении и, в свою очередь, нарушало право Ц. на защиту, поскольку лишало возможности определить объем и пределы обвинения, от которого тот вправе защищаться.

Кроме того, как указал суд первой инстанции, органами предварительного расследования были нарушены требования ст.ст.39, 156 УПК РФ.

На указанное постановление заместителем прокурора города принесено представление, по результатам рассмотрения которого 19.01.2017 суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что, вопреки решению суда, органами следствия надлежащим образом установлено и указано в обвинении количество перевезенных и проданных бутылок алкогольной продукции и их стоимость, что не препятствовало суду принять законное и обоснованное решение.

При этом отсутствие сведений о времени, месте и способе приобретения немаркированной продукции, не являлось препятствием для определения объема обвинения и приятия законного, обоснованного решения по итогам судебного разбирательства.

Выводы суда в части нарушения положений ст. ст. 39, 156 УПК РФ также признаны преждевременными.

Обвинительные приговоры в 2016 году постановлены по 17 (37) делам в отношении 22 (37) лиц, из которых 6 (29) лиц осуждено по ст.238 УК РФ, 11 (5) лиц по ст.234 УК РФ и 5 (1) лиц по ст.171.1 УК РФ.

Так, Лесосибирским городским судом 12.04.2016 Л. и П. признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного п.п.«а, б» ч.6 ст.171.1 УК РФ.

Согласно приговору, летом 2013 года Л., являясь директором ООО «П.», основным видом деятельности  которого  определена  розничная торговля незамороженными продуктами, включая алкогольные напитки, с целью незаконного обогащения за счет реализации на территории города немаркированной алкогольной продукции, создал организованную преступную группу, в состав которой в качестве исполнителя привлек П., ранее работавшего торговым представителем и имевшего широкий круг контрагентов.

Участники организованной группы распределили между собой роли, согласно которым Л., как организатор, арендовал для хранения немаркированной алкогольной продукции склад, установил контакты с поставщиками алкоголя в г.Новосибирске и г.Красноярске, обговорил условия, сроки и способ доставки, а также сроки и форму оплаты. Кроме того, Л., как директор ООО «П.», планировал часть продукции реализовать через магазины своей компании.

П., действуя как исполнитель, договаривался с заведующими и продавцами торговых точек г.Лесосибирска о поставках и реализации через них немаркированной алкогольной продукции, оговаривая сроки, объемы поставки и форму оплаты. По мере поступления заявок с торговых точек П. на своем автомобиле организовывал доставку указанной алкогольной продукции в торговые точки, собирал выручку от реализации, изучал потребности рынка и, совместно с Л. определял ассортимент закупаемой немаркированной алкогольной продукции и ценовую политику для ее реализации. 

Деятельность организованной группы планировалась на неопределенно-продолжительный срок и являлась основным источником доходов для  Л. и П. Состав преступной группы не менялся с 2013 года, характеризовался сплоченностью на основе дружеских отношений, ведения совместного бизнеса и общих интересов ее членов.

Действуя в составе организованной преступной группы, в период с лета 2013 года по 21.05.2015, Л. и П. приобрели у неустановленных следствием лиц не менее 26 869 бутылок с алкогольной продукцией, которая подлежала обязательной маркировке федеральными специальными и акцизными марками, защищенными от подделок, оклеенных заведомо для виновных марками, изготовленными не производством ФГУП «Госзнак», на общую сумму не менее 4 729 044 рубля, что является особо крупным размером. Денежные средства, вырученные от реализации немаркированной алкогольной продукции, осужденные распределяли между собой, а также использовали на развитие незаконного бизнеса.

21.05.2015  незаконные действия Л. и П. были пресечены сотрудниками полиции. В ходе осмотра склада, арендованного Л. для хранения приобретенной алкогольной продукции, строения, расположенного на земельном участке, принадлежащем отцу П., в котором последний с 2015 года организовал хранение части закупленной алкогольной продукции, а также помещений магазинов, осуществлявших реализацию алкоголя, была обнаружена и изъята немаркированная алкогольная продукция в  количестве  26 869  бутылок, общей стоимостью 4 729 044 рубля.

Уголовное дело рассмотрено судом в особом порядке уголовного судопроизводства, предусмотренном гл.40 УПК РФ. Л. и П. признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного п.п.«а, б» ч.6 ст.171.1 УК РФ, с назначением наказания в виде штрафа в размере 700 000 и 500 000 рублей соответственно.

На указанный приговор было принесено апелляционное представление, по результатам рассмотрения которого 30.08.2016 судебной коллегией из обвинения Л. и П. исключен квалифицирующий признак продажи немаркированной алкогольной продукции, а также уточнена резолютивная часть приговора указанием о сохранении ареста на имущество для обеспечения исполнения приговора в части назначенного наказания в виде штрафа, после оплаты которого, арест будет отменен, а имущество - передано собственникам.

Анализ практики назначения наказания по обобщаемой категории уголовных дел показал дифференцированный подход судов к назначению наказания, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, а также данных о личности виновных и иных обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание.

Основным видом наказания, назначаемого за совершение анализируемой категории преступлений, является штраф, который назначен 11 осужденным;  2 лицам назначено наказание в виде реального лишения свободы; 7 – лишение свободы условно; 2 – обязательные работы.

Так, Свердловским районным судом г.Красноярска 01.09.2016 рассмотрено уголовное дело в отношении Ж., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.«в» ч.2 ст.238 УК РФ, а именно, в  хранении, перевозке в целях сбыта и сбыте товаров, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, повлекших по неосторожности смерть человека.

Судом установлено, что 19.11.2015 Ж., реализуя умысел, направленный на получение прибыли от незаконного оборота спиртосодержащей жидкости, не отвечающей требованиям безопасности, на парковочной площадке у торгово-развлекательного центра приобрел у лица, дело в отношении которого выделено в отдельное производство, не менее 4 бутылок спиртосодержащей жидкости с наименованием «Джек Дэниэлс Теннесси  виски»  объемом  1 литр  каждая, на общую сумму 880 рублей. Осознавая, что данная жидкость исходя из места ее приобретения, личности продавца, а также явно заниженной стоимости, заведомо не может являться оригинальным продуктом, и соответственно не отвечает требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей при использовании ее в качестве пищевого продукта, в этот же день продал 4 бутылки «виски» одному из потерпевших, получив от него 1 800 рублей. Указанную жидкость покупатель употребил вместе со своими знакомыми, в результате чего умер от отравления метиловым спиртом, остальным четверым потерпевшим отравлением причинен вред здоровью различной степени тяжести. Ж. полностью признал свою вину. В ходе предварительного расследования с обвиняемым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, условия которого им выполнены в полном объеме.

По приговору суда Ж. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п.«в» ч.2 ст.238 УК РФ, и осужден к наказанию в виде 1 года 8 месяцев лишения свободы без штрафа с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Оправдательные приговоры по уголовным делам обобщаемой категории, а также постановления о прекращении дел по реабилитирующим основаниям в 2016 году судами края не выносились (0). По нереабилитирующим основаниям, а именно в связи с деятельным раскаянием, прекращено 2 (14) дела в отношении 2 (14) лиц, обвиняемых по ст. 238 УК РФ.

В 2016 году приговоры, постановленные по уголовным делам, связанным с незаконным сбытом спиртосодержащей продукции, не отвечающей требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, в апелляционном порядке не пересматривались.

В то же время, рассмотрено 1 апелляционное представление на приговор Лесосибирского городского суда от 12.04.2016  в отношении Л. и П. (пример приведен выше).

Кроме того, за указанный период судебной коллегией рассмотрены 3 представления в отношении 3 лиц, на решения, вынесенные по вопросу меры пресечения. Все представления удовлетворены.

Так, апелляционным постановлением краевого суда от 04.02.2016 отменено постановление Железнодорожного районного суда г.Красноярска            от 20.01.2016 об отказе в удовлетворении ходатайства следователя о продлении срока содержания под стражей П., обвиняемому по ч.3 ст.238 УК РФ, и замене данной меры пресечения на домашний арест с возложением ряда ограничений, связанных со свободой передвижения, общения, использованием средств мобильной и почтовой связи, сети Интернет. Материал направлен на новое судебное рассмотрение.

Основанием для отмены решения суда первой инстанции явилось несоответствие изложенных в нем выводов фактическим обстоятельствам дела. А именно то, что суд первой инстанции, не в полной мере учел степень и тяжесть общественной опасности преступления, ошибочно оцененного как неосторожное, знакомство П. со свидетелями обвинения, отсутствие реальной возможности исполнения домашнего ареста, поскольку у обвиняемого не имелось регистрации по месту производства предварительного расследования (зарегистрирован в Ужурском районе Красноярского края) и постоянного места жительства в г.Красноярске, а также то, что он являлся студентом и не имел официального места работы.

Апелляционным постановлением Красноярского краевого суда от 09.02.2016 частично удовлетворено представление государственного обвинителя на постановление Железнодорожного районного суда г.Красноярска от 20.01.2016, которым отказано в удовлетворении ходатайства следователя о продлении меры пресечения в виде заключения под стражей в отношении К., обвиняемого по ч.3 ст.238 УК РФ. Мера пресечения измена на домашний арест.

Как следует из постановления, суд первой инстанции неверно определил тяжесть инкриминированного К. преступления, как неосторожного, не принял во внимание наличие сведений об участии данного лица в незаконном обороте алкогольной продукции на протяжении 2014-2015 г.г., наличие доступа к каналу реализации контрафактного алкоголя, а также неверно указал о непредставлении органами следствия достаточных данных, подтверждающих обоснованность уголовного преследования К.

Кроме того, определив место нахождения обвиняемого под домашним арестом в жилом помещении, собственником которого он не являлся, мнение собственников указанного жилья суд первой инстанции не выяснял.

Аналогичным образом, рассмотрено апелляционное представление на постановление Железнодорожного районного суда г. Красноярска от 20.01.2016 в отношении И., обвиняемого по ч. 3 ст. 238 УК РФ, которым отказано в удовлетворении ходатайства следователя о продлении срока содержания под стражей, а мера пресечения в виде заключения под стражу заменена на домашний арест.

Президиумом Красноярского краевого суда итоговые судебные решения по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ст.ст.171.1, 234, 238, 327.1 УК РФ в 2016 году не рассматривались (0).

Вместе с тем, постановлением кассационной инстанцией краевого суда от 10.05.2016 отменено с направлением на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе, постановление Железнодорожного районного суда г.Красноярска от 30.10.2015, которым разрешалось уничтожение вещественных доказательств по уголовному делу. В апелляционном порядке данное постановление не рассматривалось.

Так, в рамках дела, возбужденного 29.05.2014 по признакам состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.171.1 УК РФ, по факту обнаружения 18 000 бутылок алкогольной продукции в автоприцепе ООО «Т», указанные бутылки со спиртсодержащей жидкостью признавались вещественными доказательствами и помещались на хранение в камеру хранения вещественных доказательств ОП №7 МУ МВД России «Красноярское» и в ООО «П-М». Владельцем изъятой алкогольной продукции был признан Д.

Железнодорожным районным судом г.Красноярска 30.10.2015 по ходатайству органов предварительного следствия, принято решение об уничтожении указанных вещественных доказательств, мотивированное тем, что лицо, совершившее преступление и подлежащее уголовной ответственности, не установлено.

12.02.2016 органами предварительного расследования уголовное преследование по делу прекращено в связи с истечением сроков давности.

В соответствии с ч.1 ст.82 УПК РФ вещественные доказательства должны храниться при уголовном деле до вступления приговора в законную силу либо до истечения срока обжалования постановления или определения о прекращении уголовного дела и передаваться вместе с уголовным делом.

Согласно п.7 ч.2 ст.82 УПК РФ, вещественные доказательства в виде изъятых в соответствии с законодательством о государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции из незаконного оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, а также предметов, используемых для незаконных производства и (или) оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, после проведения необходимых исследований передаются для уничтожения, утилизации или реализации по решению суда в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, о чем составляется протокол в соответствии с требованиями ст.166 УПК РФ, либо передаются на хранение в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

При этом в силу ч.4.1 ст.82 УПК РФ в случаях, предусмотренных п.2 ч.7 ст.82 УПК РФ, следователь с согласия руководителя следственного органа или дознаватель с согласия прокурора возбуждает перед судом по месту производства расследования соответствующее ходатайство, если владелец не дал согласие на реализацию, утилизацию или уничтожение имущества.

С учетом изложенного, при принятии решения о разрешении уничтожения вещественных доказательств – алкогольной продукции, судом ошибочно не были учтены положения ч.4.1 ст.82 УПК РФ, согласно которым в рамках досудебного производства по уголовному делу необходимо выяснение мнения владельцев относительно возможности реализации вещественных доказательств до окончания производства по уголовному делу, поскольку от этого зависит порядок принятия решения вопроса о судьбе вещественных доказательств – вынесение постановления судом либо органом расследования.

При отсутствии сведений о волеизъявлении Д., установленного как владельца продукции, у суда не имелось оснований для принятия к рассмотрению ходатайства органов предварительного следствия в связи с отсутствием предмета рассмотрения, либо производство по такому материалу подлежало прекращению в случае получения данных о согласии владельца на уничтожение вещественных доказательств. Помимо этого, судом нарушены требования ч.3.1 ст.165 УПК РФ, так как при наличии сведений о владельце алкогольной продукции, последний о дате, времени и месте судебного заседания не уведомлялся, чем нарушено его право на участие в судебном разбирательстве.

Проведенное обобщение показало существенное снижение количества дел, рассмотренных судами края, о преступлениях, связанных с производством и реализацией спиртосодержащей продукции, не отвечающей требованиям безопасности.

Принятие судами края неверных решений, касающихся меры пресечения, избираемой в отношении обвиняемых (подозреваемых), а также судьбы изъятой спиртосодержащей продукции, свидетельствует о необходимости более тщательного и качественного изучения материалов уголовных дел оперативными сотрудниками, как при подготовке к участию в судебном заседании, так и при проверке состоявшихся судебных решений.

 

В СУДЕБНОЙ КОЛЛЕГИИ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ

КРАСНОЯРСКОГО КРАЕВОГО СУДА

 

Неправильное применение уголовного

закона при назначении наказания

 

Зеленогорским городским судом 20.03.2017 И. осужден за два преступления, предусмотренных п.«б» ч.3 ст.228.1 УК РФ, с применением ст.64 УК РФ к 6 годам лишения свободы за каждое, по ч.3 ст.30 п.«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, с применением ст.64 УК РФ к 8 годам лишения свободы, на основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения, окончательно назначено 9 лет лишения свободы в ИК строгого режима.

По смыслу  уголовного закона, при применении ст.ст.62, 66 и 68 УК РФ в случае  совершения неоконченного  преступления  указанная в этих нормах  часть наказания  исчисляется от срока или размера  наказания, которые могут  быть назначены по правилам ст.66 УК РФ.

Если в результате применения ст.66 и (или) ст.62 УК РФ, срок или размер наказания, который может быть назначен  осужденному, окажется менее строгим, чем низший предел  наиболее строгого  вида наказания, предусмотренного санкцией соответствующей статьи особенной части  УК РФ, то наказание назначается ниже низшего предела, без ссылки на ст.64 УК РФ   

С учетом вышеизложенного, по апелляционному представлению  приговор в отношении И. изменен, из его резолютивной части исключено указание суда на применение ст.64 УК РФ  при назначении наказания по ч.3 ст.30 п.«г» ч.3 ст.228.1 УК РФ, поскольку наказание в виде лишения свободы  на срок 8 лет  при наличии оснований для применения правил ч.3 ст.66, ч.1 ст.62 УК РФ и ч.3 ст.60 УК РФ (в части необходимости учета иных смягчающих обстоятельств  в личности осужденного) не свидетельствует о том, что оно определено  ниже низшего предела. При этом оснований для  снижения наказания, назначенного  И. по данному эпизоду, судебная коллегия  не усмотрела.

 

Суд необоснованно признал

обстоятельством, отягчающим

наказание осужденного, совершение

преступления в состоянии

алкогольного опьянения

 

Лесосибирским  городским судом  10.03.2017  О., ранее не судимый, осужден по ч.1 ст.162 УК РФ (за преступление, совершенное 27.11.2016) к 2 годам лишения свободы, ч.1 ст.162 УК РФ (за преступление, совершенное 04.12.2016) к 2 годам 3 месяцам лишения свободы, на основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения, окончательно назначено  3 года лишения свободы  в ИК общего режима.

По апелляционному представлению государственного обвинителя  приговор в отношении О. судебной коллегией изменен, из его описательно-мотивировочной части исключено указание  на учет  в качестве  отягчающего  наказание обстоятельства по эпизоду от 04.12.2016 совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения, вызванном  употреблением алкоголя; в отношении О. применены правила  ч.1 ст.62 УК РФ; наказание, назначенное О. по ч.1 ст.162 УК РФ (по эпизоду от 04.12.2016), снижено до 2 лет 2 месяцев лишения свободы, по ч.1 ст.162 УК РФ (по эпизоду от 27.11.2016) – до 1 года 11 месяцев лишения свободы, по ч.3 ст.69 УК РФ – до 2 лет 10 месяцев лишения свободы.

По смыслу закона, само по себе совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, наркотических средств, психотропных или других одурманивающих веществ, не является единственным и достаточным основанием для признания его обстоятельством, отягчающим наказание. При разрешении вопроса о возможности признания указанного состояния лица в момент совершения преступления отягчающим, суд обязан мотивировать свое решение, принимая во внимание влияние состояния опьянения на поведение лица при совершении преступления.

Вместе с тем, в суде первой инстанции О. от дачи показаний  отказался, вопрос о влиянии алкогольного опьянения  на совершение им 04.12.2016 преступления не обсуждался. Каких-либо объективных данных, подтверждающих выводы суда  в части признания отягчающим наказание обстоятельством  совершение О. преступления  04.12.2016 под влиянием алкогольного опьянения, ни приговор  суда, ни материалы уголовного дела не содержали. Суд, ограничившись лишь ссылкой на ч.1.1 ст.63 УК РФ, мотивы принятого решения в приговоре не привел. При таких обстоятельствах  указание в описательно-мотивировочной части приговора  о признании обстоятельством, отягчающим  наказание,  совершение 04.12.2016 преступления в состоянии, вызванном употреблением алкоголя, подлежало исключению.

В связи с исключением из приговора указания об учете при назначении наказания положений ч.1.1 ст.63 УК РФ, суд применил в отношении О. правила ч.1 ст.62 УК РФ и снизил наказание,  назначенное последнему, как за каждое преступление, так и по их совокупности.

 

Судом неверно определен вид

исправительного учреждения

 

Ленинским районным судом г.Красноярска  09.02.2017  К., ранее судимая по ч.3 ст.30 п.«б» ч.2 ст.228.1, ч.2 ст.228 УК РФ, осуждена по ч.1 ст.228 УК РФ  к 1 году лишения свободы с отбыванием наказания  в колонии-поселении.

По апелляционному представлению прокурора приговор в отношении К. судебной коллегией изменен, для отбывания наказания в виде лишения свободы последней назначена исправительная колония общего режима; указание суда о возложении на К. обязанности следовать  к месту  отбывания наказания за счет государства самостоятельно  немедленно с момента  вручения предписания, об исчислении срока наказания  со дня прибытия в колонию-поселение и об избрании последней  до вступления приговора в законную силу меры пресечения в виде  подписки о невыезде  и надлежащем поведении исключено и заменено на указание  о взятии К. под  стражу, с исчислением срока наказания  со дня её фактического задержания.

В соответствии с п.«б» ч.1 ст.58 УК РФ женщинам при любом виде рецидива отбывание наказания назначается в исправительных  колониях  общего режима.

Согласно приговору, при определении  К. вида и размера наказания суд исходя из характера и степени общественной  опасности совершенного  преступления, данных о личности виновной, обстоятельств смягчающих и отягчающих наказание (рецидива преступлений), пришел к выводу о целесообразности отбывания К. наказания за содеянное в условиях изоляции от общества, при этом в нарушение  вышеуказанной нормы закона  назначил осужденной  отбывание наказания в колонии-поселении без указания мотивов принятого решения.

 

Действия виновных необоснованно

квалифицированы судом как три

самостоятельных преступления

 

Свердловским районным судом г.Красноярска 25.01.2017  Ф. и Б. осуждены по ч.3 ст.30 п.«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ за три преступления к 5 годам  6 месяцам лишения свободы  за каждое, на основании ч.2 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путем  частичного сложения назначенных наказаний  к 6 годам  лишения свободы в ИК строгого режима.

По апелляционному представлению  приговор в отношении Ф. и Б.  судебной коллегией  изменен, действия осужденных по трем  преступлениям переквалифицированы на один состав ч.3 ст.30 п.«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, по которой назначено 5 лет 6 месяцев лишения свободы  в ИК строгого режима, ссылка на ч.2 ст.69 УК РФ  из резолютивной части приговора исключена.

Согласно приговору,  Ф. и Б. незаконно, в целях последующего сбыта приобрели  наркотические средства, массой  не менее 14, 32 и 0, 61 грамма, из них: наркотическое средство в размере 4, 55 грамма было обнаружено в тайнике 04.12.2015;  в размере 5, 42 грамма - обнаружено при Ф. 08.12.2015 и  в этот же день в размере 4, 35 грамма и 0, 61 грамма изъято по месту проживания виновных.      

По смыслу закона, действия  в отношении одного и того же  объекта  преступного посягательства, направленные на достижение  единого результата, совершенные теми же субъектами и аналогичным способом, в один период времени, образуют  единое продолжаемое  преступление и не требуют  дополнительной квалификации.

Между тем, правильно установив, фактические  обстоятельства  уголовного дела, суд необоснованно квалифицировал совершенные Ф.и Б. деяния как три самостоятельных  преступления  по ч.3 ст.30 п.«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, поскольку по своему характеру и содержанию они являлись единым продолжаемым преступлением, в связи с чем, подлежали переквалификации на один состав ч.3 ст.30 п.«г» ч.4  ст.228.1 УК РФ, как покушение на незаконный  сбыт наркотических средств, с использованием  информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере,  с исключением из резолютивной части  ссылки на ч.2 ст.69 УК РФ. 

 

Действия виновных по факту разбойного

нападения необоснованно квалифицированы

как совершенные «с применением оружия»

 

Свердловским районным судом г.Красноярска 18.01.2017  С. осужден к лишению свободы  по п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ на 3 года, ч.3 ст.30 п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ на 2 года 2 месяца, п.«а» ч.3  ст.158 УК РФ на 3 года 2 месяца, п.п.«а, б» ч.2 ст.158 УК РФ на 2 года 2 месяца, п.«а» ч.3 ст.226 УК РФ на 5 лет 6 месяцев,  п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ на 3 года, ч.2 ст.162 УК РФ на 6 лет 2 месяца, на основании ч.3 ст.69 УК РФ на 9 лет с отбыванием в исправительной колонии  строгого режима;  Б. осужден к лишению свободы  по п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ на 2 года 6 месяцев, ч.3 ст.30 п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ на 2 года, п.«а» ч.3  ст.158 УК РФ на 3 года, п.п.«а, б» ч.2 ст.158 УК РФ на 2 года, п.«а» ч.3 ст.226 УК РФ на 5 лет,  п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ на 2 года 6 месяцев, ч.2 ст.162 УК РФ на 6 лет, на основании ч.3 ст.69 УК РФ на 8 лет с отбыванием в исправительной колонии  строгого режима.

Судебной коллегией приговор в отношении С. и Б. изменен,  из объема обвинения осужденных по ч.2 ст.162 УК РФ  исключен квалифицирующий признак  совершение преступления «с применением оружия», наказание, назначенное Б. по ч.2 ст.162 УК РФ, снижено до 5 лет 10 месяцев лишения свободы, осужденному С. – до 6 лет лишения свободы. Кроме того, все действия С.и Б., направленные на тайное хищение  имущества потерпевшей Ж. переквалифицированы с ч.3 ст.30 п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ и п.«а» ч.3  ст.158 УК РФ  на один состав по ч.3 ст.30 п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ, с назначением наказания в виде лишения свободы  Б. в размере 2 лет 6 месяцев, С. – в размере 3 лет. Окончательное наказание, назначенное на основании ч.3 ст.69 УК РФ, снижено Б.  – до 7 лет 6 месяцев лишения свободы, С. – до 8 лет 6 месяцев лишения свободы.

Согласно приговору, Б. и С. признаны виновными и осуждены за нападение  в целях хищения чужого имущества, совершенное  с угрозой применения  насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением оружия.

Вместе с тем, из показаний потерпевшей  П. следует, что Б., находясь в торговом павильоне, не предпринимал каких-либо действий, позволяющих сделать  вывод о его намерении применить ружье, потерпевшая лишь видела его в руках нападавшего, который потребовал от неё передачи денег.

По смыслу закона,  демонстрация оружия  не может расцениваться  как его применение, а является лишь способом  выражения  угрозы применения насилия, опасного для жизни и здоровья  потерпевших.

С учетом изложенного, квалифицирующий признак «с применением оружия» подлежал исключению из осуждения Б. и С., со снижением назначенного наказания.

Кроме того,  по данному приговору Б. и С. осуждены  за то, что  с целью  тайного хищения чужого имущества  незаконно проникли в коттедж, а также в баню, принадлежащие  Ж, где нашли и приготовили к похищению имущество последней на общую сумму  72 000 рублей, однако, услышав, что вернулся  хозяин дома, не смогли  завладеть  всем приготовленным к хищению  имуществом, забрав с собой только  пневматический автомат, стоимостью 17 000 рублей, после чего с места совершения преступления скрылись, то есть преступление не было доведено  ими до конца по независящим от них обстоятельствам. Указанные действия виновных  были квалифицированы судом по ч.3 ст.30 п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ и  п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ.

Вместе с тем, исходя из умысла  осужденных, направленного на  тайное хищение чужого имущества одного потерпевшего – Ж., а также  обстоятельств преступления, совершенного в одном месте, в одно время, при одинаковых обстоятельствах, суд апелляционной инстанции пришел  к выводу  о совершении С. и Б. одного преступления, которое  ошибочно квалифицировано  судом первой инстанции по двум статьям уголовного закона, в связи с чем, все действия  осужденных, направленные на тайное хищение  имущества  Ж., судебной коллегией квалифицированы одним составом по ч.3 ст.30 п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ, со снижением назначенного наказания.

 

Вещественное доказательство по делу

о незаконной рубке лесных насаждений

необоснованно передано судом по

принадлежности осужденным

 

Новоселовским районным судом  08.02.2017  Б. и  Д. осуждены каждый по ч.3 ст.260 УК РФ 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года.

Судебной коллегией по апелляционному представлению прокурора района приговор в отношении Б.и Д. изменен, принято решение бензопилу  марки CHAMPION 254 № 2022425 изъять  и обратить в собственность  Российской Федерации.

Б. и Д. признаны виновными  в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.260 УКРФ, объективной стороной которого является незаконная рубка лесных насаждений (деревьев), то есть прекращение их роста путем спиливания, срубания, срезания. Как указано с приговоре и следует из постановления о приобщении вещественных доказательств к уголовному делу, для совершения  указанных действий  осужденными использовалась бензопила марки CHAMPION 254 № 2022425. Б. и Д. не отрицали, что указанная бензопила  является их собственностью, которой они  пользовались  совместно.

В соответствии с требованиями  ч.1, 3 ст.81 УПК РФ вещественными доказательствами  признаются любые предметы, которые служили  орудиями, оборудованием или иными средствами совершения  преступления или сохранили на себе следы преступления, и при вынесении обвинительного приговора подлежат конфискации, в порядке ч.1 ст.104.1 УК РФ.

Таким образом, бензопила марки CHAMPION 254 № 2022425, принадлежащая осужденным,  являлась орудием преступления  и подлежала  безвозмездному  изъятию  и обращению в собственность государства.

 

Приговор суда отменен с направлением

уголовного дела на новое судебное

рассмотрение в связи с употреблением

в его тексте неприемлемых для официальных

документов слов и выражений

 

Козульским районным судом  26.09.2016  Б. осужден  за два преступления, предусмотренных п.«б» ч.4 ст.132 УК РФ, с применением ст.64 УК РФ  к 9 годам лишения свободы  с ограничением свободы  сроком на 1 год 6 месяцев, на основании  ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путем  частичного сложения  наказаний  окончательно  Б. назначено  10 лет лишения свободы с отбыванием наказания  в ИК строгого режима с ограничением  свободы сроком на  2 года.

Судебной коллегией по апелляционному представлению государственного обвинителя приговор в отношении Б. отменен, с направлением уголовного дела на новое судебное рассмотрение.  

Приговор является официальным документом,  постановляемым именем  Российской Федерации. Его копии  вручаются участникам процесса, направляются  в различные государственные учреждения для исполнения.

По смыслу ст.303 УПК РФ, приговор должен быть составлен в ясных  и понятных выражениях. В нем недопустимо употребление неприемлемых в официальных документах слов и выражений. При составлении приговора  необходимо избегать изложения не вызываемых необходимостью формулировок, в подробностях  описывающих  способы совершения преступлений, посягающих  на половую неприкосновенность граждан  или нравственность несовершеннолетних.

В нарушение вышеуказанных норм закона, в приговоре при изложении показаний  осужденного Б., потерпевшего, его представителя и свидетелей  приведены  слова и выражения, использование  которых неприемлемо для официальных документов, а также в описательно-мотивировочной части  приговора неоднократно в подробностях описаны  способы совершения инкриминированных Б. преступлений сексуального характера. Приговор, содержащий такие выражения, не мог быть поставлен от имени  государства, в связи с чем, подлежал отмене по основаниям,  предусмотренным ст.389.17 УПК РФ, а уголовное дело – направлению на новое  судебное разбирательство в тот же суд  в ином его  составе.

 

Постановление суда о возложении

дополнительных  обязанностей

на условно осужденного

отменено как незаконное

 

Постановлением Тасеевского районного суда от 16.03.2017 удовлетворено  представление  начальника  филиала по Тасеевскому району  ФКУ УИИ ГУФСИН России по Красноярскому краю о возложении  дополнительной обязанности  на условно осужденного  Р., согласно которой последний должен являться  на регистрацию в специализированный  государственный  орган, осуществляющий  контроль за поведением условно осужденного по месту жительства, 4 раза в месяц, в дни, установленные указанным органом; не покидать  жилище в период  времени с 22 часов  до 6 часов, кроме  времени  нахождения  на официальной работе.

Судебной коллегией по апелляционной жалобе осужденного Р. постановление суда первой инстанции отменено, представление  начальника  филиала по Тасеевскому району  ФКУ УИИ ГУФСИН России по Красноярскому краю в отношении последнего  о возложении  дополнительных обязанностей оставлено без удовлетворения.

По приговору Тасеевского районного суда  Красноярского края от 14.09.2016  Р. осужден по ч.2 ст.228 УК РФ с применением ст.73 УК РФ  к 3 годам 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года. На осужденного возложены обязанности: являться на регистрацию  в специализированный государственный орган, осуществляющий  контроль за поведением  условно осужденного по месту жительства, 1 раз в месяц, в дни, установленные  указанным органом, не менять постоянного места жительства и места работы без уведомления данного органа.

Начальник  филиала по Тасеевскому району  ФКУ УИИ ГУФСИН России по Красноярскому краю   обратился в Тасеевский районный суд с представлением  о возложении  дополнительных обязанностей  на условно осужденного Р., а именно являться на регистрацию 4 раза в месяц, в установленные  инспекцией  дни и не покидать жилище в период с 22 до 6 часов, мотивируя тем, что осужденный Р. не явился  09.02.2017 в инспекцию по повестке, которая была вручена ему 02.02.2017, после чего было вынесено постановление о принудительном приводе последнего и 13.02.2017  он был доставлен  в инспекцию.

Согласно разъяснениям, данным  в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.2011 № 21 (в ред. от 29.11.2016), суд вправе  дополнить ранее установленные  для условно осужденного  обязанности, если придет к выводу, что последний  не отчитывается о своем  поведении  перед уголовно-исполнительной  инспекцией, не исполняет возложенные  на него судом обязанности, не является по вызову, а также при установлении  обстоятельств, свидетельствующих о целесообразности возложения на условно осужденного других обязанностей.

Удовлетворяя  представление начальника филиала по Тасеевскому району  ФКУ УИИ ГУФСИН России по Красноярскому краю, суд исходил  из того, что неявка осужденного Р. 09.02.2017 по повестке в уголовно-исполнительную инспекцию и отсутствие оправдательных  документов не свидетельствовало об его исправлении. Суд пришел к выводу, что  возложение  дополнительной обязанности  по явке  на регистрацию 4 раза  в месяц и запрет покидать жилище  с 22 до 6 часов, кроме времени нахождения  на официальной работе, усилит ответственность осужденного по надлежащему исполнению назначенного наказания и будет  способствовать профилактике совершения  им новых правонарушений.

Вместе с тем, такой вывод суда противоречил установленным  фактическим обстоятельствам, поскольку  данных о том, что условно осужденный  не исполнял возложенные судом  обязанности, нарушал установленный порядок явки на регистрацию, скрылся от контроля, либо совершал правонарушения и привлекался к административной ответственности,  представлено не было.  Согласно установленного графика, осужденный должен был являться на регистрацию в уголовно-исполнительную инспекцию 1 раз в месяц,  в последнюю  пятницу месяца. С какой целью Р. был вызван в УИИ  09.02.2017, то есть вне графика, в представлении указано не было. При этом, в материалах имелись сведения о том, что начальник инспекции встречался с осужденным 06.02.2017.

Судом не были исследованы  данные о личности условно осужденного  в период отбывания наказания, оставлены без внимания  доводы  последнего о том, что он работал  вахтовым методом  и должен был ехать на работу на 2 месяца, а также о том, что он не явился в инспекцию по состоянию здоровья.

Таким образом, ни в представлении начальника филиала по Тасеевскому району  ФКУ УИИ ГУФСИН России по Красноярскому краю, ни в решении суда первой инстанции не было приведено конкретных мотивов необходимости и целесообразности  установления  дополнительных обязанностей  осужденному  Р. в  виде  явки  на регистрацию 4 раза в месяц и нахождения  по месту жительства с 22 до 6 часов,  а также данных, обосновывающих, что такие обязанности  в большей мере будут способствовать  его исправлению. При таких обстоятельствах  постановление  подлежало отмене с вынесением судом апелляционной инстанции решения об отказе  в  удовлетворении представления начальника уголовно-исполнительной  инспекции.                               

      

В ПРЕЗИДИУМЕ КРАСНОЯРСКОГО КРАЕВОГО СУДА

 

Постановление суда о направлении

уголовного дела по подсудности

отменено как незаконное

 

Постановлением Шарыповского городского суда Красноярского края от 02.03.2017 уголовное дело в отношении П., обвиняемой в совершении преступлений,  предусмотренных ч.3 ст.159, ч.1 ст.286 УК РФ, направлено  по подсудности  в Шарыповский районный суд  Красноярского края. В апелляционном порядке постановление не пересматривалось.

Основанием для направления уголовного дела по подсудности послужил тот факт, что П. предъявлено обвинение в совершении ею преступлений в с.Родники Шарыповского района, что относится к юрисдикции Шарыповского районного суда.

Из обвинительного заключения следует, что П., являясь заведующей детским садом, расположенным в с.Родники Шарыповского района, в декабре 2013 года издала приказ о приеме на работу С. на должность воспитателя с соответствующей тарифной ставкой, которая фактически трудоустроена не была. Впоследствии П. передала в МКУ «Центр бухгалтерского учета» Шарыповского района, находящийся в г.Шарыпово, служебные документы, содержащие заведомо ложные сведения, которые явились основанием для начисления и выплаты С. заработной платы и иных выплат. Затем П. в Красноярском отделении №8646 ПАО «Сбербанк» в г.Шарыпово по доверенности от С. оформила и получила на ее имя банковскую зарплатную карту. В период с 09.01.2014 по 09.11.2015 П. вносила  в табеля учета рабочего времени заведомо ложные сведения о выполнении С. трудовых обязанностей и предоставляла их в МКУ «Центр бухгалтерского учета» г.Шарыпово, сотрудники которого, будучи введенными в заблуждение действиями П., осуществляли начисление и перечисление денежных средств на счет, открытый на имя С. в отделении ПАО «Сбербанк» г.Шарыпово. В результате П. похитила путем обмана, совершая операции с использованием банковской карты на имя С., денежные средства в размере 145 985, 62 рублей.

Согласно п.12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2007  № 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», в соответствии со cт.140 ГК РФ платежи на территории Российской Федерации осуществляются путем наличных и безналичных расчетов, то есть находящиеся на счетах в банках денежные суммы могут использоваться в качестве платежного средства. Исходя из этого, с момента зачисления денег на банковский счет лица оно получает реальную возможность распоряжаться поступившими денежными средствами по своему усмотрению, например, осуществлять расчеты от своего имени или от имени третьих лиц, не снимая денежных средств со счета, на который они были перечислены в результате мошенничества.

В силу  ч.2 ст.32 УПК РФ, если преступление начато в месте, на которое распространяется юрисдикция одного суда, а окончено в месте, на которое распространяется юрисдикция другого суда, то данное уголовное дело подсудно суду по месту окончания преступления.

Преступление, предусмотренное  ч.1 ст.286 УК РФ, согласно обвинительному заключению, совершено на территории  Шарыповского района.

В соответствии с ч.3 ст.32 УПК РФ, если преступления совершены в разных местах, то уголовное дело рассматривается судом, юрисдикция которого распространяется на то место, где совершено большинство расследованных по данному уголовному делу преступлений или совершено наиболее тяжкое из них.

Исходя из положений ст.15 УК РФ, преступление, предусмотренное ч.l ст.286 УК РФ, относится к категории преступлений средней тяжести, а ч.3 ст.159 УК РФ - к тяжким преступлениям.

При таких обстоятельствах, решение о направлении уголовного дела по подсудности в Шарыповский районный суд принято с нарушением процессуального закона и без учета установленных в ходе предварительного следствия обстоятельств, изложенных в обвинительном заключении.

Согласно ч.1 ст.47 Конституции Российской Федерации никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

На основании п.2 ч.2 ст.389.17 УПК РФ вынесение решения по уголовному делу незаконным составом суда, в том числе, с нарушением установленных правил подсудности, относится к числу существенных нарушений уголовно­-процессуального закона, поскольку влияет на исход дела, что в силу ч.1 ст.401.15 УПК РФ явилось основанием для отмены в кассационном порядке постановления суда первой инстанции о направлении уголовного дела по подсудности.

25.04.2017 президиумом Красноярского краевого суда  по кассационному представлению заместителя прокурора края постановление Шарыповского городского суда Красноярского края  от 02.03.2017 в отношении П. о направлении уголовного дела  по подсудности  в Шарыповский районный суд отменено, уголовное дело передано для рассмотрения  по существу в Шарыповский городской суд со стадии подготовки к судебному заседанию. 

 

Постановление суда об избрании

меры пресечения  изменено в части

исчисления срока  содержания

обвиняемого под стражей

 

Постановлением Центрального районного суда г.Красноярска от 01.12.2016, оставленным без изменения апелляционной инстанцией Красноярского краевого суда 22.12.2016,  в отношении З., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.«г» ч.2 ст.194, ч.1 ст.226.1, ч.4 ст.159, ч.4 ст.159 УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца, с исчислением срока содержания с момента его задержания.

Президиумом Красноярского краевого суда 25.04.2017 по кассационному представлению заместителя прокурора края вышеуказанные судебные решения изменены, постановлено исчислять срок содержания З. под стражей с момента задержания на территории Российской Федерации либо с момента его экстрадиции на территорию Российской Федерации.

З. обвиняется органами предварительного расследования по п.«г» ч.2 ст.194 УК РФ в уклонении от уплаты таможенных платежей, взимаемых с организации, в особо крупном размере, в сумме 32 611 903,41 рубля; по ч.l ст.226.1 УК РФ в незаконном перемещении через таможенную границу Таможен­ного союза в рамках ЕврАзЭС стратегически важных ресурсов (древесины) в круп­ном размере, на сумму 52 580 804 рубля; по ч.4 ст.159 УК РФ в хищении путем обмана денежных средств федерального бюджета в сумме 4 822 922 рубля в крупном размере, а также по ч.4 ст.159 УК РФ в хищении путем обмана денежных средств федерального бюджета в сумме 4 035 653 рубля в крупном размере.

Постановлением следователя от 05.10.2016 З. объяв­лен в розыск как скрывшийся от органов следствия, 07.10.2016 в отно­шении подозреваемого заведено розыскное дело и он объявлен в федеральный ро­зыск. 23.11.2016 З.  объявлен в меж­дународный розыск на территории всех стран - членов Интерпола в целях его вы­дачи.

25.112016 следователем вынесено постановление о привлечении З. в качестве обвиняемого в совершении вышеуказанных преступлений.

В связи с объявлением З. в международный розыск, ходатайство следователя о заключе­нии последнего под стражу на основании ч.5 ст.108 УПК РФ рассмотрено судом в его от­сутствие.

Обоснованно избрав обвиняемому меру пресечения в виде за­ключения под стражу, суд принял решение об исчислении срока содержания З. под стражей с момента его задержания, которое соответствует требова­ниям закона только применительно к случаю его задержания на территории Рос­сийской Федерации.

Однако, учитывая, что в материалах дела имелись достаточные данные, подтвер­ждающие обоснованность возникшего у органа предварительного расследования подозрения о возможном нахождении обвиняемого за пределами России, в соот­ветствии со ст.460 УПК РФ, Российская Федерация может направить иностранному государству запрос о выдаче ей лица для уголовного преследования на основании международного договора с этим государством или письменного обязательства Ге­нерального прокурора РФ выдавать в будущем на основании принципа взаимности этому государству лиц в соответствии с законодательством РФ.

При этом из положений ч.5 ст.460 УПК РФ следует, что к запросу о выдаче для уголовного преследования должна быть приложена заверенная копия постановления судьи об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу.

В силу ч.9 ст. 109 УПК РФ, срок содержания под стражей в период предва­рительного следствия исчисляется с момента заключения подозреваемого, обвиня­емого под стражу до направления прокурором уголовного дела в суд.

Согласно п.4 ч.10 ст.109 УПК РФ, срок, в течение которого лицо содержа­лось под стражей на территории иностранного государства по запросу об оказании правовой помощи или о выдаче его Российской Федерации в соответствии со ст.460 УПК РФ, подлежит последующему зачету в срок содержания под стражей.

В соответствии со ст.1 УПК РФ порядок уголовного судопроизводства на территории Российской Федерации устанавливается Уголовно-процессуальным кодексом РФ. Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные до­говоры РФ являются составной частью законодательства Российской Федерации, регулирующего уголовное судопроизводство.

При этом, в случае задержания З. на территории иностранного государства под юрисдикцией Российской Федерации он будет находиться лишь с момента пересечения государственной границы России и передачи его правоохра­нительным органам Российской Федерации. Именно с этого момента начнется ис­числение срока содержания обвиняемого под стражей по уголовно­процессуальному законодательству РФ и на ее территории.

До указанного времени на территории иностранного государства З. будет содержаться под стражей в соответствии с нормами уголовно­процессуального законодательства страны пребывания, а также нормами междуна­родных договоров.

Таким образом, указание суда об исчислении срока содержания З. под стражей с даты его фактического задержания на тер­ритории иностранного государства может повлечь необоснованное и преждевре­менное продление сроков предварительного следствия, в то время как обвиняемый еще не будет находиться в компетенции правоохранительных органов России.

Кроме того, исчисление срока содержания под стражей с даты фактического задержания в указанной ситуации может воспрепятствовать выдаче обвиняемого для уголовного преследования Российской Федерацией, а также стать препятстви­ем для его содержания под стражей в учреждениях уголовно-исполнительной си­стемы России после пересечения им государственной границы.

Указанные обстоятельства в силу ч.1 ст.401.15 УПК РФ, явились основанием для измене­ния постановления Центрального районного суда г.Красноярска от 01.12.2016  и апелляционного постановления Красноярского краевого суда от 22.12.2016 в части решения вопроса об исчислении срока содержания З. под стражей в случае его задержания за пределами территории Российской Федерации. 

другие новости