Экспресс-бюллетень прокуратуры Красноярского края о судебной практике рассмотрения уголовных дел за ноябрь 2015 г.

01.12.2015 15:49:47

ПРОКУРАТУРА    КРАСНОЯРСКОГО    КРАЯ

УГОЛОВНО – СУДЕБНОЕ УПРАВЛЕНИЕ

 

ЭКСПРЕСС-БЮЛЛЕТЕНЬ

ноябрь

 

г. Красноярск

2015 год

 

 В СУДЕБНОЙ КОЛЛЕГИИ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ

КРАСНОЯРСКОГО КРАЕВОГО СУДА

 

Нарушения уголовно-процессуального закона

повлекли отмену приговора

 

Приговором Дзержинского районного суда от 27.08.2015 З. осуждён  за каждое из двух преступлений, предусмотренных п.п. «а» и «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, на 2 года лишения свободы; на основании ч. 1 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний по совокупности преступлений окончательно назначено 2 года 6 месяцев лишения свободы; в соответствии со ст. 73 УК РФ наказание определено условным с испытательным сроком в 2 года 6 месяцев,

С. осуждён за каждое из двух преступлений, предусмотренных п.п. «а» и «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, на 2 года лишения свободы; по ч. 1 ст. 166 УК РФ на 2 года лишения свободы; на основании ч. 1 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний по совокупности преступлений окончательно назначено 3 года лишения свободы; в соответствии со ст.73 УК РФ наказание определено условным с испытательным сроком в 3 года.

З. и С. осуждены за то, что 07.05.2015, находясь в состоянии алкогольного опьянения, тайно похитили принадлежавших СПК «Диана» двух поросят общей стоимостью 10800 руб.;

08.05.2015 они же, находясь в состоянии алкогольного опьянения, тайно похитили принадлежавших СПК «Диана» пятерых поросят общей стоимостью 20100 рублей.

Кроме того, С. осужден за то, что 15.06.2015, находясь в состоянии алкогольного опьянения, неправомерно завладел принадлежавшим Д.  автомобилем ВАЗ-21099, управляя которым, допустил съезд с дороги в кювет.

Суд апелляционной инстанции приговор отменил с направлением дела на новое судебное рассмотрение по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 293 УПК РФ после окончания прений сторон председательствующий предоставляет подсудимому последнее слово.

Между тем указанные требования закона судом по данному делу не выполнены.

Так, из протокола судебного заседания видно, что после окончания судебного следствия были проведены судебные прения, которые состояли из речей подсудимых, их защитников, потерпевших и прокурора. После произнесения речей подсудимые З. и С. воспользовались правом реплик. После этого председательствующим по делу было объявлено об окончании судебных прений, суд удалился совещательную комнату, по возвращении из которой провозгласил приговор.

Вышеизложенное свидетельствует о том, что последнее слово подсудимым предоставлено не было, что исходя из требований п. 7 ч. 2 ст. 389.17 УПК РФ является существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

Кроме того, суд, признав установленным факт совершения З. и С.  преступлений в состоянии алкогольного опьянения, несмотря на то, что данное обстоятельство указано в обвинительном заключении в качестве отягчающего наказание, не учел его и не мотивировал в приговоре своего решения.

Признавая в действиях С. в качестве отягчающего обстоятельства рецидив преступлений, суд оставил без внимания, что ранее С. был судим за преступление, совершенное в возрасте до 18 лет, а также осуждался к условному наказанию, и в соответствии с п.п. «б» и «в» ч. 4 ст. 18 УК РФ эти судимости не могли учитываться при признании рецидива преступлений.

Назначая З. и С. окончательное наказание по совокупности преступлений, суд применил принцип частичного сложения наказаний и сослался при этом на ч. 1 ст. 69 УК РФ, хотя частичное сложение наказаний за преступления небольшой и средней тяжести предусмотрено ч. 2 ст. 69 УК РФ.

Кроме того, принимая решение о возможности назначения С. наказания с применением ст.73 УК РФ и сохранении условного осуждения по предыдущему приговору, суд сослался на то, что такой вид наказания обеспечит исправление виновного и предупредит совершение им новых преступлений.

При этом суд оставил без внимания, что ранее С. трижды был осужден за совершенные в период условно-досрочного освобождения преступления к условному лишению свободы с сохранением условно­-досрочного освобождения.

При таких данных, суд, признав С. виновным в преступлениях, совершенных в период условного осуждения, пришел к преждевременному выводу о возможности сохранения ему условного осуждения и назначении наказания вновь по правилам ст. 73 УК РФ.

 

Наличие в действиях осужденных обстоятельств,

смягчающих наказание, повлекло изменение приговора

 

Приговором Советского районного суда г. Красноярска от 06.05.2015 Б. осужден по п. «з» ч. 4 ст. 162,  ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 158, ч. 2 ст. 162 УК РФ; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к лишению свободы сроком на 9 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

По апелляционному представлению прокурора приговор суда изменён по следующим основаниям.

В материалах дела имеется явка с повинной Б., полученная и зарегистрированная в установленном законом порядке и подтвержденная последним в судебном заседании, которая полностью отвечает требованиям закона. Судом данное обстоятельство оставлено без внимания, в приговоре указано, что смягчающих наказание обстоятельств не установлено, при этом не приведено никаких мотивов, в связи с которыми суд не признал имеющуюся явку с повинной смягчающим обстоятельством, хотя оно прямо предусмотрено п. «и» ч. l ст. 61УК РФ.

Каких-либо препятствий для признания явки с повинной Б. смягчающим  наказание обстоятельством из материалов дела не усматривается. Утверждение Б. о том, что он самостоятельно добровольно явился в органы полиции с повинной материалам уголовного дела не противоречит, в связи с чем органами следствия наличие такого смягчающего наказание обстоятельства признано, о чем указано в обвинительном заключении. На момент явки с повинной Б. органы следствия не располагали достаточными сведениями о его причастности к преступлению. В целях установления лиц, причастных к преступлению проводился ряд оперативно-розыскных мероприятий, о которых Б. известно не было, результаты которых представлены органам следствия уже после явки Б. с повинной.

Кроме того, полученные результаты оперативно-розыскных мероприятий органами следствия в качестве доказательств не использовались.

IIри таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции учёл явку с повинной в качестве смягчающего наказания обстоятельства, в связи с чем  снизил срок наказания.

 

Признание состояния алкогольного опьянения  

отягчающим обстоятельством

должно быть мотивировано

 

Приговором Зеленогорского городского суда от 17.09.2015 В. осуждена по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы, без ограничения свободы.

На основании ч. 5 ст. 74, ст. 70 УК РФ отменено условное осуждение по приговорам Зеленогорского городского суда от 24.12.2014 и 12.03.2015. По совокупности с наказанием, назначенным вышеуказанными приговорами, путем частичного присоединения неотбытой части наказания, окончательно назначено лишение свободы сроком на 4 года 6 месяцев, без штрафа и без ограничения свободы, с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

На основании ч. 2 ст. 22, п. «в» ч. 1, 2 ст. 97, ч. 2 ст. 99 УК РФ В. назначены принудительные меры медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях, в соответствии со ст. 100 и ч. 1 ст. 104 УК РФ - по месту отбывания наказания в виде лишения свободы.

Неотбытое В. наказание в виде штрафа по приговору от 22.10.2014 постановлено исполнять самостоятельно.

Суд апелляционной инстанции изменил приговор по следующим основаниям.

При назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

При назначении наказания В. указанные требования закона выполнены не в полной мере.

Так, суд первой инстанции пришел к выводу, что отягчающим наказание В. обстоятельством является совершение ею преступления в состоянии алкогольного опьянения.

Согласно ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, суд в зависимости от характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного может признать отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, наркотических средств или других одурманивающих веществ.

При этом по смыслу ч. 4 ст. 7 УПК РФ и ч. 1.1 ст. 63 УК РФ выводы суда о признании совершения преступления в состоянии опьянения в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, должны быть мотивированы в приговоре, поскольку признание данного обстоятельства таковым относится к прерогативе суда, основаны на обстоятельствах, свидетельствующих о связи состояния опьянения с совершением преступления.

В приговоре данных обстоятельств не приведено, не указаны какие-либо мотивы, по которым суд признал установленным факт алкогольного опьянения В. в момент совершения ею преступления обстоятельством, отягчающим его наказание.

Между тем, фактическое нахождение виновной в момент совершения преступления в состоянии опьянения и констатация этого при описании преступного деяния само по себе не является основанием для признания данного обстоятельства отягчающим.

К тому же суд не учел в полной мере, что имеющиеся у осужденной В.  психические расстройства (согласно заключению амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы, проведенной по уголовному делу), связаны с возможностью причинения иного существенного вреда, опасностью для себя и других лиц, с тенденцией к самоповреждениям, суицидальным действиям, склонностью при возбуждении к агрессивным действиям по отношению к другим лицам.

При таких обстоятельствах судебная коллегия исключила из приговора указание суда о назначении наказания с учётом  отягчающего обстоятельства - совершения преступления в состоянии алкогольного опьянения.

Учитывая, что иных отягчающих наказание обстоятельств в действиях В.  не имелось, при этом в качестве смягчающего обстоятельства установлено активное способствование раскрытию и расследованию преступления, судебная коллегия применила при назначении В. наказания за содеянное положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Кроме того, согласно материалам уголовного дела, В. ранее судима:

- приговором от 22.10.2014 по ч. 1 ст. 175 УК РФ к штрафу в размере 7000 рублей;

- приговором от 24.12.2014 по п. «в» ч. 2 ст. 158, ст. 73 УК РФ к 1 году 4 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год (за событие, имевшее место 10.10.2014); приговор от 22.10.2014 постановлено исполнять самостоятельно;

- приговором от 12.03.2015 по п. «в» ч. 2 ст. 158, ст. 73 УК РФ к 1 году 4 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год (за событие, имевшее место 11.11.2014); приговор от 24.12.2014 постановлено исполнять самостоятельно.

При постановлении приговора по настоящему уголовному делу на основании ч. 5 ст. 74 УК РФ отменено условное осуждение В. по приговорам от 24.12.2014 и 12.03.2015, и окончательное наказание В. назначено по правилам ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения не отбытой части наказания по приговорам от 24.12.2014 и 12.03.2015, поскольку осужденная совершила преступление, предусмотренное п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, в период испытательного срока. Приговор от 22.10.2014 постановлено исполнять самостоятельно.

Между тем, еще до совершения В. 28.06.2015 инкриминируемого ей преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, а именно 24.04.2015 Государственной Думой Федерального Собрания Российской Федерации было  принято Постановление «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 годов» № 6576-6 ГД, в соответствии с п.п. 4, 12 которого лица, условно осужденные, осужденные, которым до дня вступления в силу указанного постановления неотбытая часть наказания заменена более мягким видом наказания или отбывание наказания которым отсрочено, а также осужденные к наказанию, не связанному с лишением свободы, подлежат освобождению от наказания со снятием судимости.

При постановлении обжалуемого приговора от 17.09.2015 судом не обсуждался вопрос о возможности применения к В. постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации № 6576-6 ГД от 24.04.2015 «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 годов», в результате чего допущено существенное нарушение уголовного закона, повлиявшее на исход дела.

На момент вступления акта об амнистии в законную силу В. не относилась к числу лиц, на которых данный акт не распространяется: наказание в виде штрафа на лишение свободы не заменялось, преступление по приговору от 12.03.2015 имело место не в период испытательного срока по приговору от 24.12.2014, а преступление, предусмотренное п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, ею совершено после вступления в законную силу акта об амнистии.

Поскольку В. по приговору от 22.10.2014 осуждена к наказанию, не связанному с лишением свободы (штраф), а по приговорам от 24.12.2014 и от 12.03.2015 - к условной мере наказания, она подпадает под действие акта об амнистии по данным приговорам.

При таких обстоятельствах судебная коллегия исключила из вводной части обжалуемого приговора указание суда на судимости В. по приговорам от 22.10.2014, 24.12.2014, 12.03.2015 - как снятые по амнистии, исключила из описательно-мотивировочной части приговора указание суда на то, что ранее В. судима, из резолютивной части - указание об отмене условного осуждения по приговорам от 24.12.2014 и 12.03.2015, о назначении наказания по правилам ст. 70 УК РФ, о самостоятельном исполнении приговора от 22.10.2014.

 

Неверное применение положений

ст. 62 УК РФ повлекло изменение приговора

 

Приговором Боготольского районного суда от 10.09.2015, постановленным в порядке главы 40 УПК РФ, С. осуждён по п. ч. l ст. 111 УК РФ, ст. 73 УК РФ к 2 годам лишения свободы, условно с испытательным сроком 1 год.

По апелляционному представлению приговор изменён по следующим основаниям.

Из диспозиции ч. l ст. 62 УК РФ (назначение наказания при наличии смягчающих обстоятельств) следует, что при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных п.п. «и» и (или) «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств, срок или размер наказания не могут превышать 2/3 максимального срока размера наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ.

Как следует из описательно-мотивировочной части приговора, при назначении наказания С. в качестве отягчающего обстоятельства, предусмотренного ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, суд признал совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, «в состоянии алкогольного опьянения», что исключает применение положений ч.1 ст. 62 УК РФ.

Таким образом, при назначении наказания осужденному, судом неправильно применен уголовный закон, что повлекло исключение из приговора указания на применение ч. 1 ст. 62 УК РФ.

 

Нарушения уголовного закона, допущенные при

назначении наказания, повлекли уточнение  приговора

 

Приговором Ленинского районного суда г. Красноярска от 23.03.2015   И. судимый:

- 17.08.2009 по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ (с учетом изменений, внесенных поста­новлением от 28.02.2012 в редакции ФЗ от 07.03.2011) к 2 годам 11 месяцам лишения свободы; освобожден условно-досрочно постановлением суда от 05.03.2011 на неотбытый срок 1 год 2 месяца 2 дня;

-  21.03.2012 по ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, и на основании ч. 7 ст. 79, ст. 70 УК РФ, к 1 году 9 месяцам лишения свободы;

-  03.05.2012 по п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, и на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ с приговором от 21.03.2012 к 2 годам 1 месяцу лишения свободы; освобожден 18.04.2014 по отбытии наказания;

- 14.01.2015 по ч. 3 ст. 30, п. «б» ч.2 ст.158 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно, с испытательным сроком в 2 года согласно ст.73 УК РФ;

- 28.01.2015 по ч. 3 ст. 30, п.п. «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам 3 месяцам лишения свободы,

осужден за совершение пяти преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, к 1 году 6 месяцам лишения свободы за каждое; за совершение девяти престyплений, предусмотренных п.п. «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, к 1 году 7 месяцам лишения свобо­ды за каждое; по ч. 3 ст. 30, п.п. «б, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ на 1 год 2 месяца лишения сво­боды; по ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ на 1 год 1 месяц лишения свободы. В соот­ветствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ назначено И. наказание путем частичного сложе­ния наказаний 2 года 7 месяцев лишения свободы. В силу ч. 4 ст.74 УК РФ условное осуждение И. по приговору суда от 14.01.2015 на срок 2 года отменено. На основании ст. 70 УК РФ частично присоединена к назначенному наказанию неотбытая часть наказания по приговору суда от 14.01.2015, назначено наказание в 2 года 10 месяцев лишения свободы. На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ окончательно назначено И. наказание путем частичного сложения наказания с наказанием, назначенным по приговору от 28.01.2015, в виде 3 лет 1 месяца лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Суд апелляционной инстанции по представлению прокурора уточнил резолютивную часть приговора, поскольку суд первой инстанции назначил И. наказание без соблюдения принципа последовательности его назначения по совокупности преступлений и приговоров.

Постановлено считать назначенное И. по приговору от 14.01.2015 условное осуждение к лишению свободы на срок 2 года отме­ненным судом в силу ч. 4 ст. 74 УК РФ, и на основании ст. 70 УК РФ частично присоединить его к наказанию, назначенному по ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, и назначить И. по совокупности 2 (два) года 3 месяца лишения свободы.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ назначено И. по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказания за все остальные совершенные им преступления, наказание в виде 2 (двух) лет 6 месяцев лишения свободы; и на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений и приговоров, в том числе с приговором от 28.01.2015, путем частичного сложения по ним наказаний, назначено И. на­казание в 3 (три) года 1 месяц лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

 

Решение суда об отказе в принятии  

жалоб, поданных в порядке ст. 125 УК РФ,

признано незаконным

 

Постановлением судьи Ленинского районного суда г. Красноярска от 17.08.2015 отказано в принятии жалоб Л., поданных в порядке ст. 125 УПК РФ.

Л. обратился в суд с жалобой в порядке ст. 125 УПК РФ на бездействие СО по Ленинскому району г. Красноярска ГСУ СК РФ по Красноярскому краю, выразившееся в несообщении ему о решении, принятом по результатам рассмотрения заявления о совершенном им (Л.) преступлении, предусмотренном ст. 297 УК РФ, в отношении судьи П.

04.08.2015 в Ленинский районный суд г. Красноярска также поступила жалоба Л., поданная в порядке ст. 125 УПК РФ, на бездействие СО по Ленинскому району г. Красноярска ГСУ СК РФ по Красноярскому краю, связанное с его сообщением о совершенном им преступлении в отношении судьи П., в которой ссылался на ответ заместителя руководителя по Ленинскому району г. Красноярска ГСУ СК России по Красноярскому краю от 23.07.2015.

Судьей вышеуказанные жалобы были соединены в одно производство и в принятии этих жалоб для рассмотрения по существу было отказано.

Суд апелляционной инстанции указанное постановление отменил с направлением материала в суд первой инстанции по следующим основаниям.

Согласно ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановление судьи должно быть законным, обоснованным и справедливым.

Oтказывая в принятии жалоб Л., поданных в порядке ст. 125 УПК РФ, судья указал на отсутствие предмета проверки, предусмотренного ст. 125 УПК РФ. Указанный вывод судьей сделан на основании ответа заместителя руководителя СО по Ленинскому району г. Красноярска ГСУ СК России по Красноярскому краю от 13.08.2015, из которого следует, что обращение, в том числе, явка с повинной Л. о совершении им преступления, предусмотренного ст. 297 УК РФ, в отношении судьи П. в следственный отдел не поступали и проверка в порядке ст. 144 УПК РФ не проводилась. 

Вместе с тем, вышеуказанный вывод судьи сделан без оценки всех доводов, указанных заявителем в жалобах, поданных в порядке ст. 125 УПК РФ.

Так, из содержания жалобы Л., поданной в порядке ст. 125 УПК РФ, поступившей в Ленинский районный суд г. Красноярска 04.08.2015, следует, что заявитель фактически обжалует полученный им ответ заместителя руководителя СО по Ленинскому району г. Красноярска ГСУ СК России по Красноярскому краю, которым установлен факт поступления в Следственный отдел обращения Л. о привлечении его к уголовной ответственности по ст. 297 УК РФ, и в этом ответе указано на отсутствие оснований для проведения проверки по данному обращению в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ.

Принимая решение об отказе в приеме жалоб Л., поданных в порядке ст. 125 УПК РФ, суд не выяснил факт наличия вышеуказанного ответа заместителя руководителя, оставил без внимания доводы заявителя о незаконности этого ответа, не истребовал данный ответ.

Таким образом, суд первой инстанции, в нарушение требований закона, не в полном объеме дал оценку доводам жалоб Л., поданным в порядке ст. 125 УПК РФ.

 

Отказ в удовлетворении ходатайства

о приведении приговоров в соответствие

с новым уголовным законом признан

незаконным

 

Постановлением Сосновоборского городского суда от 24.08.2015 А.  отказано в удовлетворении ходатайства о пересмотре приговоров и приведении их в соответствие с новым уголовным законом.

30.10.2000 А. осуждён судебной коллегией по уголовным делам Красноярского краевого суда по ч.1 ст. 30, ч.ч. 4, 5 ст. 33 п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, к 8 годам лишения свободы, по ч. 5 ст. 33 ч. 1 ст. 222 УК РФ к 2 годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, к 9 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, от отбывания наказания освобождён 24.08.2007 условно-досрочно на 1 год 3 месяца 5 дней.

27.01 2014 Октябрьским районным судом г. Красноярска А. осуждён по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 4 годам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Осужденный, отбывающий наказание в ОИК-40, обратился в Сосновоборский городской суд с ходатайством, поданным в порядке ст. 399 УПК РФ, о приведении приговора от 30.10.2000 в соответствие с изменениями, внесенными в уголовный закон.

Суд апелляционной инстанции  постановление от 24.08.2015 отменил с вынесением нового судебного решения по следующим основаниям.

Согласно ст. 9 УК РФ преступность и наказуемость деяния определяется уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния.

Статьей 10 УК РФ предусмотрено, что уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, то есть распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния до вступления такого закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих наказание или отбывших наказание, но имеющих судимость.

Суд первой инстанции не учёл, что ФЗ № 162-ФЗ от 08.12.2003 и ФЗ №420-ФЗ от 07.12.2011 в уголовный закон внесены изменения, улучшающие положение осуждённого.

Федеральным законом № 162-ФЗ от 08.12.2003 внесены изменения в санкцию ч. 1 ст. 222 УК РФ - исключён нижний предел наказания в виде лишения свободы, в связи с чем, следовало переквалифицировать действия А. по приговору от 30.10.2000 за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 222 УК РФ в редакции указанного Федерального закона, со снижением наказания.

Федеральным законом №420-ФЗ от 07.12.2011 внесены изменения в ч. 2 ст. 69 УК РФ, в соответствие с которыми, если все преступления, совершённые по совокупности, являются преступлениями небольшой или средней тяжести, либо приготовлением к тяжкому и особо тяжкому преступлению, либо покушением на тяжкое и особо тяжкое преступление, окончательное наказание назначается путём поглощения менее строгого наказания более строгим, либо путём частичного или полного сложения назначенных наказаний.

Поскольку по приговору от 30.10.2000 А. осуждён за приготовление к тяжкому преступлению и преступление средней тяжести, то судом апелляционной инстанции указанные положения ФЗ №420-ФЗ от 07.12.2011 применены, а наказание, назначенное по совокупности преступлений, снижено.  

 

Постановление суда об избрании

меры пресечения подсудимому признано

незаконным

 

Постановлением судьи Железнодорожного районного суда г. Красноярска от 05.10.2015, вынесенным по итогам предварительного слушания, в том числе принято решение об избрании Г. меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Из материала следует, что органом предварительного расследования Г.  обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Избирая подсудимому меру пресечения в виде в виде подписки о невыезде, судья сослался на требования ст. ст. 99, 255 УПК РФ, принял во внимание тяжесть инкриминируемого деяния, личность, характеризующий материал, возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий.

Принятое судом решение судом апелляционной инстанции отменено, как не соответствующее требованиям  ч. 4 ст. 7 УПК РФ.

В соответствии со ст. 97 УПК РФ мера пресечения в виде заключения под стражу избирается при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый скроется от предварительного следствия и суда, может продолжить заниматься преступной деятельностью либо угрожать участникам уголовного судопроизводства, а также уничтожить доказательства, либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

В соответствии со ст. 99 УПК РФ при решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления и определения ее вида при наличии оснований, предусмотренных статьей 97 УПК РФ, должны учитываться также тяжесть преступления, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

Как следует из постановления, суд, сославшись на ст. 97 УПК РФ, при решении вопроса о мере пресечения подсудимому ни одно из оснований для избрания ему меры пресечения, указанных в данной статье, закона не привел.

Согласно протоколу судебного заседания вопрос об избрании меры пресечения подсудимому в ходе предварительного слушания не обсуждался, мнение сторон не выслушивалось.

Поскольку допущенное судом нарушение могло быть устранено при рассмотрении материала в апелляционном порядке суд апелляционной инстанции в соответствии со ст. 389.23 УПК РФ в целях обеспечения  порядка уголовного судопроизводства применил к подсудимому меру процессуального принуждения в виде обязательства о явке в Железнодорожный районный суд г. Красноярска по вызову суда.

 

Нарушение уголовно-процессуального

закона повлекло отмену судебного решения

 

Постановлением Железнодорожного районного суда г. Красноярска от 29.10.2015 Ц., обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, продлен срок содержания под стражей на 02 месяца 22 суток, всего на 4 месяца 22 суток, то есть до 22 января 2016 г. включительно.

Согласно протоколу, в порядке ст. 91 УПК РФ Ц. задержана 01.09.2015 в 14 часов 20 минут. Постановлением суда от 02.09.2015 ей избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. 04.09.2015 Ц. предъявлено обвинение по ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Следователь обратился в суд с ходатайством о продлении Ц. меры пресечения в виде заключения под стражу на 2 месяца 22 суток, мотивируя тем, что закончить предварительное следствие в ранее установленный срок не представляется возможным ввиду необходимости проведения следственных действий и принятия процессуальных решений, а основания, учтенные при избрании меры пресечения, не отпали и не изменились, поскольку имеются данные полагать, что обвиняемая Ц., находясь на свободе, может оказать воздействие на свидетелей, принять меры к сокрытию и уничтожению вещественных доказательств, а также скрыться от следствия и суда.Судом ходатайство следователя удовлетворено.

Суд апелляционной инстанции постановление отменил с принятием нового решения по следующим основаниям.

Согласно ст. 389.15 УПК РФ существенное нарушение уголовно-процессуального закона является основанием для отмены судебного решения в апелляционном порядке.

Согласно требованиям закона, стороны должны быть извещены надлежащим образом о дате, времени и месте судебного заседания при рассмотрении вопроса о продлении срока содержания обвиняемого под стражей. При этом, в связи с сокращенными сроками рассмотрения материалов о продлении срока содержания под стражей, законом в данном случае не установлен срок извещения участников процесса.

В силу ч. 13 ст. 109 УПК РФ рассмотрение судом ходатайства о продлении срока содержания обвиняемого под стражей в его отсутствие не допускается, за исключением случаев нахождения обвиняемого на стационарной судебно-психиатрической экспертизе и иных обстоятельств, исключающих возможность его доставления в суд, что должно быть подтверждено соответствующими документами. При этом, согласно ч. 14 ст. 109 УПК РФ, в случае рассмотрения вышеуказанного вопроса в отсутствие обвиняемого судья должен вынести постановление об этом с указанием причин, по которым присутствие обвиняемого невозможно.

Как следует из протокола судебного заседания от 29.10.2015 суд принял решение о рассмотрении материала в еобвиняемой Ц., поскольку последняя находилась на лечении в КТБ-1. Данное решение судом принято на основании имеющегося в материале ответа врача КТБ-1 от 23.10.2015, согласно которому Ц. с 15.10.2015 находилась на лечении в КТБ-1, ей показано лечение в условиях стационара в течение 10-14 дней, проведение следственных действий возможно после ее выписки.

Вместе с тем, вышеуказанное решение судом первой инстанции принято без достаточных к тому оснований.

Так, в материале отсутствуют соответствующие документы, подтверждающие факт невозможности участия Ц. именно в судебном заседании 29.10.2015.

Как следует из объяснений Ц. в судебном заседании суда апелляционной инстанции, 26.10.2015 она была выписана из стационара и по своему состоянию здоровья могла участвовать в судебном заседании, из КТБ-1 она была переведена в СИЗО-1 г. Красноярска 30.10.2015.

Суд первой инстанции непосредственно не выяснил вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, исключающих возможность участия Ц. в судебном заседании 29.10.2015, мотивированного решения с указанием причин невозможности присутствия обвиняемой в судебном заседании не вынес.

Кроме того, суд первой инстанции не рассмотрел вопрос о возможности участия Ц. в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи, при наличии технической возможности.

Таким образом, доводы обвиняемой о нарушении ее права на защиту признаны обоснованными.

Кроме того, учтены доводы обвиняемой и о том, что она не была извещена о дате, времени и месте судебного заседания при рассмотрении вопроса о продлении срока содержания под стражей, что противоречит требованиям закона.

Данные о надлежащем извещении обвиняемой Ц. о дате, времени и месте рассмотрения вопроса о продлении срока содержания под стражей, а также то, что предпринимались меры к извещению обвиняемой, в материале отсутствуют. Сама обвиняемая в судебном заседании участия не принимала.

Вышеуказанные нарушения требований уголовно-процессуального закона являются существенными, повлекли отмену принятого судом первой инстанции постановления.

В силу ст. 389.23 УПК РФ суд апелляционной инстанции рассмотрел ходатайство следователя о продлении Ц. срока содержания под стражей и постановил новое судебное решение.

Как следует из представленных материалов, Ц. обвиняется в совершении тяжкого преступления, с использованием своего положения, подрывающее авторитет государственной власти, за которое законом предусмотрено наказание до 10 лет лишения свободы.

Обоснованность подозрения в причастности Ц. к совершению инкриминируемого ей преступления подтверждается представленными материалами.

Обстоятельства, явившиеся основанием для избрания Ц. меры пресечения в виде заключения под стражу, в настоящее время не изменились и не отпали.

Так, Ц. знакома со свидетелями по делу, и имеются основания полагать, что находясь на свободе, она может оказать давление на свидетелей.

Имеющиеся в материале письменные объяснения Д. по данному поводу, а также протокол допроса обвиняемой Ц. с изложением в нем содержания разговора между Ц.  и Д., свидетельствуют о том, что до задержания Ц. склоняла свидетеля Д. к даче ложных показаний.

Кроме того, есть основания полагать, что Ц., находясь на свободе, может скрыться от следствия и суда и иным образом воспрепятствовать установлению истины по делу. Материалы дела подтверждают факт того, что Ц., зная о возбуждении данного уголовного дела, предпринимала попытки выехать за пределы Красноярского края и пыталась скрыть документы, представляющие интерес для следствия.

С учетом вышеуказанных обстоятельств, несмотря на наличие у Ц. постоянного места жительства, семьи, положительных характеристик, оснований для отмены либо изменения меры пресечения Ц. на более мягкую, не связанную с заключением под стражу, суд апелляционной инстанции не усмотрел.

 

Возвращение уголовного дела прокурору

в порядке ст. 237 УПК РФ признано незаконным

 

Постановлением Туруханского районного суда от 06.08.2015 уголовное дело в отношении В., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «б», «в» ч. 2 ст.158 УК РФ, возвращено прокурору Туруханского района для устранения препятствий к его рассмотрению судом.

В суд первой инстанции уголовное дело в отношении В. поступило с обвинением в том, что в период с 22 часов 18.08.2014 до 13 часов 21.08.2014, действуя по предварительной договорённости с Н. (уголовное дело в отношении него прекращено на основании ст.25 УПК РФ), В. от балка, расположенного вблизи дома №48 по ул.60 лет Октября в с. Туруханск Красноярского края, тайно похитили металлическую сварную печь, не представляющую материальной ценности.

Кроме того, сорвав навесной замок входной двери балка, используемого в качестве коптильного помещения, незаконно проникли туда и тайно похитили металлическую печь, стоимостью 4000 рублей, а также 20 кг копчёной рыбы «Сиг», стоимостью 250 рублей за 1 килограмм, на общую сумму 5000 рублей. В то же время, повредив металлическую скобу входной двери другой секции балка, незаконно проникли внутрь, тайно похитили топор и молоток, не представляющие материальной ценности, причинив потерпевшему З. материальный ущерб на сумму в размере 9000 рублей, являющийся для него значительным.

Постановлением Туруханского районного суда от 06.08.2015 принято решение о возвращении уголовного дела прокурору Туруханского района для устранения препятствий к его рассмотрению судом первой инстанции из-за возникшей неопределённости, выразившейся в том, что обвинительное заключение содержит указание на хищение сварной печи, топора и молотка, не имеющих ценности, а в возбуждении уголовного дела по факту хищения перечисленного имущества ранее было отказано постановлением следователя от 19.02.2015. Кроме того, 03.03.2015 на основании ст. 25 УПК РФ прекращено производство по уголовному делу в отношении Н., указанного в обвинительном заключении лицом, совершившим хищение совместно с В.

По представлению прокурора суд апелляционной инстанции отменил вышеуказанное решение, поскольку судом первой инстанции неправильно применён закон.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления.

Анализ обвинительного заключения, составленного с соблюдением требований ст. 220 УПК РФ, противоречит выводам суда первой инстанции о том, что на его основании нельзя рассмотреть уголовное дело и постановить процессуальное решение по существу.

В соответствии с п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.03.2004 (ред. от 30.06.2015) №l "О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации", под допущенными при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта нарушениями требований уголовно-­процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в статьях 220, 225 УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения или акта. В частности, исключается возможность вынесения судебного решения в случаях, когда обвинение, изложенное в обвинительном заключении или обвинительном акте, не соответствует обвинению, изложенному в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого; когда обвинительное заключение или обвинительный акт не подписан следователем, дознавателем либо не утвержден прокурором; когда в обвинительном заключении или обвинительном акте отсутствуют указание на прошлые судимости обвиняемого, данные о месте нахождения обвиняемого, данные о потерпевшем, если он был установлен по делу, и др.

Текст обвинительного заключения в отношении подсудимого В. содержит в себе описание преступного деяния, место, время и способ его совершения; похищенное имущество конкретизировано с указанием его стоимости, приведены доказательства со ссылками на том и листы уголовного дела. Обвинительное заключение утверждено уполномоченным лицом, подписано руководителем следственного органа и не входит в противоречие с постановлением о привлечении В. в качестве обвиняемого.

Те обстоятельства, что при описании преступного деяния указаны вещи, не имеющие ценности, по факту хищения которых в возбуждении уголовного дела ранее уже было отказано, не является преградой для рассмотрения уголовного дела по существу, поскольку, как прокурор, поддерживающий обвинение в суде, так и сам суд вправе исключить хищение этих вещей, как излишне вменённых.

Ссылка в обвинительном заключении на другое лицо, которое по версии следствия совершило умышленное преступление совместно с В., но уголовное дело в отношении этого лица прекращено в связи с примирением с потерпевшим, основанием для возвращения уголовного дела прокурору также не являлась, поскольку В. вменяется совершение преступления по предварительному сговору группой лиц, что охватывается описанием преступного деяния при указании на Н.

При указанных обстоятельствах постановление суда о возвращении уголовного дела прокурору нельзя признать законным и обоснованным, в связи с чем оно отменено с возвращением для рассмотрения по существу в суд первой инстанции в том же судебном составе, поскольку судьей, принимавшим обжалуемое постановление, суждений относительно квалификации действий подсудимого и доказанности либо недоказанности его вины не высказано.

 

другие новости